Гиппогриф
Как пример бессмыслицы, Вергилий писал о скрещивании лошади и грифона. Четыре века спустя его комментатор Сервий, объясняя, что грифон - это помесь орла со львом, добавлял, что грифоны не выносят коней. С тех пор возникла латинская поговорка "скрестить грифона с конем", что означало бессмыслицу.
Зная об этой поговорке, Людовико Ариосто изобрел гиппогрифа. И если в грифоне древних соединены орел и лев, то в гиппогрифе Ариосто воплощено второе поколение вымышленного чудовища. Впрочем, современник поэта отмечал, что даже гиппогриф выглядит гармоничнее, чем крылатый конь Пегас.
Подобное описание гиппогрифа, написанное словно специально для настоящей книги, приведено в "Неистовом Орландо":
"Жеребец этот не выдуман, а в самом деле явился плодом союза грифона и кобылицы... От отца он унаследовал перья, крылья, передние ноги, голову и клюв. Во всем остальном он схож с матерью и потому именуется гиппогрифом. Гиппогрифы спускаются, хоть и редко, с Рифских гор, лежащих за покрытым льдами морем".
Грифон
Геродот называет грифонов крылатыми чудовищами, упоминая о их постоянной вражде с одноглазыми аримаспами. Плиний упоминает о их длинных ушах и крючковатых клювах, но полагает, что рассказы о них не более как басни. Наиболее подробное описание грифона можно встретить в сомнительных "Путешествиях" сэра Джона Мандевилля.
"Из этой земли мы попадаем в землю Бактрии, где люди злы и коварны.